Станислав Канкия за два месяца до арестаМосковский предприниматель Станислав Канкия уже два года находится в СИЗО. За это время из молодого цветущего мужчины он превратился в немощного инвалида, который уже никогда не вернется к нормальной жизни. Несмотря на это, судья Бабушкинского районного суда Москвы Антон Мартыненко не выпускает его из-за решетки, мотивируя стандартными аргументами - "может оказать давление на свидетелей" и "скрыться от правосудия".

За помощью в МОО "Справедливость" обратилась жена Станислава – Валентина Канкия, которая боится, что ее муж просто не доживет до приговора суда. В то, что он будет оправдан, женщина уже не верит.

"Ждать оправдательного приговора после двух лет содержания в СИЗО нам не приходится, но любой срок, превышающий уже отсиженный срок, будет для Станислава пожизненным сроком или просто смертным приговором. Прошу Вас, помогите спасти жизнь (здоровье уже не вернуть) еще молодому мужчине, отцу двух дочерей, младшей из которых 7 лет", - говорится в обращении Валентины Канкия.

Канкия в Бабушкинском суде 29 мая 2012

Недоказанное мошенничество

Станислав Канкия, президент некоммерческой благотворительной организации "Фонд Отчизна", был задержан 8 июня 2010 года на встрече со следователем, куда пришел даже не по повестке, а по устной договоренности. Формальная причина задержания – невозможность "пробить" его паспорт. Два дня Станислав проводит в ИВС-1 на Петровке, а 10 июня с легкой руки судьи Тверского суда Алексея Криворучко подозреваемый в совершении экономического преступления Канкия отправляется в "Бутырку".

Следствие по делу велось сотрудниками 2-го отдела Главного следственного управления при ГУВД Москвы. Про то, как "тщательно и беспристрастно" подчиненные Ивана Глухова расследуют преступления, якобы совершенные бизнесменами, не слышал только глухой. Дело Канкия не стало исключением.

Под бдительным руководством следователя Виталия Сапона дело о мошенничестве быстро выросло до 111-ти томов, однако, как утверждают адвокаты, из этого обилия документов невозможно сделать вывод о виновности Канкия. По версии следствия, предприниматель "с неустановленными следствием лицами, в неустановленное время, в неустановленном месте, не установленным способом…" якобы завладевал копиями паспортов старшеклассников, ставил их на учет в департамент занятости населения, и за их трудоустройство получал деньги из бюджета. При этом департамент себя потерпевшим не признает, других потерпевших в деле нет. Чем занимался полтора года следователь Сапон, не установивший ни одного факта по делу, непонятно. В распоряжении редакции есть ходатайство адвоката Станислава Канкия Марины Русаковой, которая потребовала от судьи отправить дело в прокуратуру для пересмотра обвинительного заключения. По мнению адвоката, дело не расследовано.

В ходатайстве Русаковой, в частности, сказано: "…Инкриминируемые подсудимому противоправные действия в том виде, в каком они описаны в обвинительном заключении, не согласуются с действовавшими на тот период нормативными правовыми актами, регламентирующими порядок и процедуры предоставления государственной услуги по организации временного трудоустройства несовершеннолетних. Положения этих нормативных правовых актов исключают саму возможность совершения инкриминируемых Канкия противоправных действий одним, не входящим в штат подразделения службы занятости населения, лицом, поскольку вся ответственность за организацию предоставления государственной услуги в принципе возложена на сотрудников и должностных лиц службы занятости населения, без участия которых совершение инкриминируемых подсудимому действий объективно невозможно по определению".

Адвокат обстоятельно, на 17-ти страницах, доказывает суду абсурдность обвинения. Однако судья Мартыненко остается глух к словам защиты: он отказал не только в удовлетворении ходатайства, но даже в предоставлении письменного обоснованного отказа, что идет вразрез с 121-й статьей УПК РФ.

Однако подача ходатайства не прошла бесследно. Вечером того же дня родные и адвокаты Станислава Канкия узнали, что в отношении мужчины возбуждено еще одно уголовное дело – по ч.1 ст. 318 УК РФ (применение насилия в отношении представителя власти). Это достаточно распространенная практика: когда есть реальная угроза, что "шитое" уголовное дело вот-вот развалится (а после ходатайства адвоката это стало очевидно), то мгновенно находится повод для очередного витка уголовного преследования.

В случае с Канкия его второе "дело" выглядит еще более абсурдно, чем первое. Станиславу вменяют избиение конвоиров, которое якобы произошло в ноябре 2011 года. По словам Валентины, ее муж, перенесший очередной инсульт, находился тогда в очень тяжелом состоянии, но его все равно доставляли в суд. На одном из заседаний конвоиры выбили у него из рук бутылку с водой, а когда обвиняемый запротестовал, нанесли ему несколько ударов дубинками. Приехавшая "скорая" побоев ни у кого не зафиксировала, а спустя два месяца прокуратура возбудила уголовное дело по ст. 318 УК РФ в отношении Канкия. Узнали о деле не сразу: ему был дан ход после вхождения в основной процесс адвоката Марины Русаковой, которая заявила ходатайство о возвращении дела в прокуратуру.

Вопрос жизни и смерти

Валентине Канкия (сидит) в суде вызывали скорую Сейчас практически каждое заседание защитники Канкия начинают с ходатайства об изменении меры пресечения. Решение судьи Мартыненко без преувеличения может оказаться вопросом жизни и смерти. Два года в СИЗО стали для Станислава роковыми: в тюрьме он пережил инфаркт мозга и несколько инсультов.

Сроки содержания под стражей на время следствия ему назначили и последовательно продлевали судьи Тверского суда господа Криворучко, Неверова и Сташина. 16 ноября 2010 года (в годовщину смерти в СИЗО Сергея Магнитского) Станислав заявил оставившей его за решеткой судье Елене Сташиной: "У Вас со мной так, как с Магнитским не выйдет! Я здоровый мужик!". По словам Валентины Канкия, у ее мужа, кандидата в мастера спорта по подводному ориентированию, были все основания для такого заявления. Однако уже в начале 2011 года он перенес первый инсульт. Затем – еще и еще.

"Сейчас он практически ослеп, не может координировать движения, у него провалы в памяти, и ведет себя он неадекватно. Я вижу, он не понимает, что происходит. Чудо, что он еще жив", - рассказывает Валентина.

Помимо официальных медицинских документов (история болезни из 20-й ГКБ, экспертиза специалистов института им. Сербского), крайне тяжелое состояние Канкия подтвердил допрошенный в Бабушкинском суде врач-психиатр, психотерапевт, кандидат медицинских наук Владимир Каверин. Он заявил в суде, что последствия инсультов и инфаркта мозга оказались для Канкия очень плачевными. По мнению врача, сейчас подсудимый страдает органическим поражением мозга и не может критически воспринимать окружающую действительность, адекватно реагировать на внешние раздражители. Кроме того, Владимир Каверин объяснил суду, что риск повторного инсульта у Канкия крайне высок, и мужчина, скорее всего, его не переживет.

Сейчас среди официальных диагнозов Канкия - гипертоническая болезнь 3-й стадии, риск ССО-4 (сердечно-сосудистых осложнений), ишемическая болезнь сердца, атеросклеротический кардиосклероз, гипертоническая энцефалопатия 2—3 стадии, астено-невротический синдромартериальная гипертензия 3-й стадии риск-3, НКО (нарушение кровообращения острое), цереброваскулярная болезнь.

Несмотря на это, все ходатайства защиты остаются без удовлетворения.

МОО "Справедливость" начинает общественное расследование дела Станислава Канкия.